заместителя по фамилии Пейс (Peys). Когда полицейские появились в здании, их немедленно провели вниз, к хранилищу.
Они увидели открытую дверь, а внутри помещения – полный разгром. Сейфовые ячейки были вскрыты, пеналы извлечены, их содержимое рассыпано по полу. Помимо бумаг, папок, ноутбуков, флешек, на полу во множестве лежали пачки наличных денег, украшения, бриллианты. Хранилище было обворовано, но если преступники бросили столько ценностей, то сколько же они унесли с собою?
17 февраля 2003 г.: обворованное подземное хранилище «Бриллиантового центра» в Антверпене.
По словам технических работников здания, они обнаружили хранилище в таком виде, явившись на работу к 6 часам утра. Немедленно был вызван представитель управляющей компании, который, ничего не сообщив службе безопасности, тут же позвонил начальнику «Алмазного отряда». Де Брюкер не стал терять времени и набрал номер диспетчерского поста «Securilink», который контролировал всю сигнализацию «Бриллиантового центра». От него инспектор узнал, что сигнализация в здании исправна, хранилище заперто, за минувшие выходные дни никаких нештатных ситуаций, связанных с этим объектом, не происходило. Ложных срабатываний сигнализации также не фиксировалось.
Вот чудо чудное, правда? Однако, далее стало только чудесатее…
Осмотрев хранилище, сотрудники «Алмазного отряда» поняли, что сигнализация исправна. Преступники умудрились обойти все рубежи охраны, ничего при этом не сломав и не активировав ни одно из устройств защиты.
Для того, чтобы понять, как они сумели это проделать, следует сказать несколько слов о техническом оборудовании хранилища (см. поясняющую схему ниже).
Проход из вестибюля хранилища – назовём его просторечно «предбанником» – в помещение с сейфами преграждала 3-тонная дверь, позади которой находилась решётка. Утром дверь отпиралась работником здания, решётка же оставалась закрытой. Клиент, желающий войти в помещение с сейфами, должен был подойти вплотную к решётке, позвонить в звонок и запрокинуть голову. Расположенная над ним видеокамера передавала изображение на пост охраны, сотрудник которой опознавал клиента и дистанционно открывал решётку.
В двери находился датчик вибрации, реагировавший на любые попытки сверления дверного полотна или долбления стены. Замок был комбинированным – он требовал ввода числового кода и использования ключа. Для ввода кода следовало 4 раза ввести 2-значные числа (от 0 до 99), вращая барабан. Т.о. общее число возможных комбинаций достигало 100 млн (100*100*100*100), что делало бессмысленным механический перебор вариантов. После введения кода следовало воспользоваться ключом. Собственно, ключей было два – т.н. короткий и длинный. Длинный назывался так потому, что его длина составляла 30 см, он отпирал входную дверь, а короткий – решётку за нею.
Наконец, на двери был укреплён магнитный (индукционный) датчик, в России их называют герконовыми реле. Он состоял из двух половинок, одна из которых крепилась на двери, а другая на косяке. При открывании двери движение магнита в электростатическом поле наводило в проводнике электрический ток, фиксировавшийся на пульте охраны. В отличие от всех знакомым современных крошечных герконов, на двери хранилища был установлен настоящий мастодонт весом более 3 кг. Его размер был связан с тем, что находился он на металлической двери, способной намагничиваться с течением времени, и чтобы избежать влияния неизбежных «наводок», датчик был изготовлен с большим запасом. Геркон срабатывал каждое утро, когда служащие «Бриллиантового центра» открывали дверь хранилища перед началом рабочего дня. Можно сказать так: не существовало способа открыть дверь, не вызвав срабатывание сигнала на пульте охраны. Точнее, такого способа не существовало до 17 февраля 2003 г.
Этим, однако, набор технических средств охраны не исчерпывался. Внутри помещения хранилища находился комбинированный датчик движения, срабатывавший по двум каналам (ультразвук и ИК-излучение), а кроме него – датчик света. Определённой преградой на пути воров должны были стать и сами сейфовые ячейки. Их бронированные дверцы запирались довольно сложным комбинированным замком, требовавшим ввода числа (число возможных комбинаций – 15576!), а также использования особого длинного ключа. Замки для ячеек были разработаны и изготовлены за заказ очень небольшой серией ещё в начале 1970-х гг., и их аналоги невозможно было приобрести. Эти замки сами по себе являлись довольно серьёзной преградой, способной если не остановить оснащённого вора, то, по крайней мере, сильно затормозить его работу.
Как видим, хранилище выглядело мощным и отлично оснащённым. Помимо мощной двери, решётки, запертых сейфовых ячеек, оно было оснащено отличными средствами сигнализации, одновременно работавшими по разным каналам и учитывавшими возмущения разной природы (ИК-излучение, освещённость в оптическом диапазоне, ультразвук).
Нельзя не сказать и того, что датчик движения можно было отключить вводом пароля с клавиатуры, находившейся в «предбаннике» перед металлической дверью. Но подобное отключение неизбежно зафиксировали бы диспетчеры в офисе «Securilink», и снятие с охраны в выходной день наверняка бы их встревожило. По этой причине преступникам нельзя было отключать сигнализацию в выходные дни даже штатным образом. Остаётся добавить, что снаружи и внутри хранилища находились видеокамеры (по 1 шт), фиксировавшие всех входящих с разных ракурсов. Набор всех этих мер делал невозможным скрытое проникновение в хранилище и кражу из него.
И, тем не менее, воры скрытно проникли в хранилище и открыли 123 из 189 ячеек! При этом все датчики остались исправны… и ни один из них не сработал!
Схема охранных систем подземного хранилища «Бриллиантового центра». На входной бронированной двери массой 3 тонны располагались 3 охранных устройства: датчик вибрации (1), кодовый замок (2), классический замок с «длинным» ключом (3). Позади двери находилась решётка, в которую был вмонтирован замок, требовавший «короткого» ключа (4). Открытие двери фиксировалось герконовым реле (5). Над дверью находилась видеокамера, всегда включавшаяся при срабатывании геркона (6). Находившийся возле двери пульт отключения датчика движения (7) преступники проигнорировали. Внутри хранилища находился датчик света (8), 2-канальный датчик движения (9) и внутренняя видеокамера (10). Как видим, охранная система производила впечатление мощи, солидности и надёжности… до тех самых пор, пока не нашёлся кто-то, кто усомнился в этом.
Итак, что показало исследование места преступления криминалистами и техническими специалистами?
Ни в хранилище, ни на подходе к нему не было найдено отпечатков пальцев или ладоней лиц, не связанных с «Бриллиантовым центром». Преступники, очевидно, действовали в перчатках и ошибок не допустили, что представляется логичным и хорошо объяснимым – это были мастера своего дела, которые учитывали подобные детали.
Преступники, помимо хранилища, проникли и в техническое помещение, где стояли видеомагнитофоны, записывавшие изображения всех 63 видеокамер охранной системы. Видеозаписи оказались похищены. По этой причине правоохранительные органы не смогли определить, сколько человек, когда и как именно вошли в здание. Впоследствии полиция заявила, будто преступники проникли в «Бриллиантовый центр» через подземную парковку, но это было невозможно проделать, и данное сообщение фактически явилось умышленной дезинформацией.
Главная 3-тонная дверь в хранилище оказалась открыта штатно, преступники правильно ввели пароль из 4 двузначных чисел и воспользовались «длинным» и «коротким» ключом. Их они нашли в небольшом служебном помещении рядом с «предбанником» хранилища. Ключи хранились в настенном металлическом ящике – даже не в сейфе! – рядом со швабрами, ветошью, вёдрами и прочей клининговой снарягой. Тут надо передать особо пламенный привет службе безопасности, сотрудники которой не только допустили совместное хранение ключей, что делало бессмысленным их разделение, но и не озаботились обеспечением сокрытия места хранения от обслуживающего персонала.
Ввиду того, что дверь открывалась штатно, вибрационный датчик не сработал. Он и не должен был…
Просто, изящно и малозатратно преступники решили проблему с герконом на входной двери. Они приклеили к нему алюминиевую пластину, после чего отвинтили магнит и датчик и оставили их висеть на металлическом гофре, через который запитывалась индукционная обмотка датчика. Как приклеили? Да очень просто – 2-сторонним «скотчем», который используется для соединения краёв ковролина. Почему пластина была алюминиевой? Алюминий – немагнитный материал, его присутствие никак не влияло на индукционную катушку реле. Благодаря этой маленькой хитрости охранная система «считала», что дверь всё время оставалась закрытой.
Обе
